Инквизиция — организация, созданная, чтобы нести в мир порядок, причем не только путем закрывания разрывов, но и иной раз политикой, где-то физической силой или намеком на неё или же действиями «из-под полы». Инквизиция готова помочь с одинаково приложенными усилиями всем, кто в ней нуждается. По крайней мере, так говорится в похвальных одах, шепотках крестьян и аристократов или прекрасных балладах. По большей своей части это есть чистая правда, но некоторые дела в Инквизиции держаться под особо пристальным вниманием, выполняются более усердно, а до этого ищутся решения с самым меньшим риском.
Ситуация в Викоме была именно такой. Несмотря на то, что у дипломатического корпуса, подчиняющегося леди Монтилье было дел нарасхват — последствия триумфа в Зимнем дворце пожинаются, пожинались и будут пожинаться, Жозефина все равно послала в Вольную Марку самых лучших и доверенных лиц.
Но результат, что удивительно, заставлял себя ждать. Отчеты приходили достаточно часто, чтобы не было особых причин для беспокойств, но достаточно редко, чтобы появлялись особые, хотя и несколько смутные причины для беспокойств — может, что-то случилось? Зачитывая каждое письмо в ставке командования, Жозефина пока вслух не оглашала своих мыслей — ждала, пока появится нечто конкретное, за что действительно можно зацепиться, а то нынешнее положение напоминает хождение по топям без сопровождающего, да ещё и с закрытыми глазами.
К счастью или несчастью, но изводить себя или других у неё попросту не было времени — нужно было то принять одного из особенно дорогих гостей Инквизиции, то договориться о новых поставках, то и вовсе нанести самолично визит вежливости некоторым личностям. Но Жозефина продолжала помнить о ситуации в Викому, держа руку на пульсе. Посему последнее присланное письмо от лорда Тревельяна было вскрыто первым из множества других, о нем первым же и сообщалось на ближайшем собрании и решение было принято первейшим — Жозефина сама вызвалась стать «погостить» в Вольной Марке у герцога Антуана, тем более, что дело начинало принимать очень интересный оборот.
Благо, что жизнь научила леди Монтилье преодолевать трудности в виде сбора минимального количества вещей из множества и стоическому выдерживанию утомительных поездок, как и по суше, так и по морю, посему в Виком Жозефина прибыла хотя и довольно усталой, но достаточно бодрой для того, чтобы начать разбор ситуации, буквально сразу ступив с корабля на бал, но все же стоило привести себя в порядок после увеселительной морской прогулки — принять расслабляющую ванну, желательно с добавлением нескольких ароматных масел, поваляться пару часов, пока вода не остынет, а потом вздремнуть… Но если позволить праздности взять верх, то весь день пройдет насмарку — леди Монтилье так и не сделает ничего полезного, что прямо противоположно цели её нахождения здесь, посему леди дипломат яростно гнала от себя подобные мысли.
В гостинице, в которой обосновалась Жозефина, её встречали как едва ли не особу королевский кровей, но для неё это не было чем-то удивительным — дипломатам всегда открыты двери во все дома, их всегда одаривают улыбками и комплиментами, совсем как бардов, даже те же кинжалы держатся за спиной. Игра как-никак для всех персон одна, лишь способы достижения целей разнятся. Возможно, будь Жозефина чуть менее погружена в свои мысли, то восприняла обхождение чуть более тепло и, возможно, почувствовала бы легкий укол стыда, но ей было совершенно не до того — она обживалась в покоях, приводила себя в порядок, попутно пытаясь написать не то письмо, полное официоза, не то лаконичную записку, балансируя на грани, между тем, чтобы все успеть или не успеть ничего, а все созданное превратить в хаос, стоит заметить, что все это происходило в ужасной спешке — почему-то Но Создатель явно любит антиванцев, даруя им чуть больше, чем кому-нибудь другому, удачи, благодаря чему все дела, свершаемые леди Монтилье пришли к благоприятному раскладу, в итоге чего Жозефина выглядела более-менее приемлемо, комнаты были слегка видоизменены под вкус антиванки, а коротенькая записка к сэру Тревельяну с просьбой посетить её как можно скорее была послана с несколько заспанным (что было весьма удивительно), но, по заверениям хозяина гостиницы, самым расторопным слугой.
И лишь только глянув в окно, Жозефина поняла, что её собственный режим дня полностью сбит — на небе только начинали догорать звезды, хотя по мироощущению дипломата был уже самый разгар дня. Пожалуй, оставалось только молиться на то, что не только у неё настолько нестабильный режим дня, иначе от конфуза вряд ли можно будет избавиться.
